Сталин в глазах современников и в документах той эпохи

Узнать стоимость написания работы

Сталин в глазах современников и в документах той эпохи

 

Содержание

Введение

Глава 1.И.В.Сталин как феномен массового сознания

Глава 2.Оценка И.В.Сталина современниками и мемуаристами

2.1.И.В.Сталин под пером противников и врагов

2.2.Деятели культуры о И.В.Сталине

2.3.И.В. Сталин в глазах военных деятелей

Заключение

Список использованной литературы

 

Введение

 

Сегодня количество книг, фильмов, статей и интернет-постов, посвященных всем возможным и невозможным аспектам личности и деятельности И.В.Сталина, не поддается даже приблизительному учету. Впрочем, есть немало и других исторических личностей, также имеющих неразгребаемые завалы книг и прочих материалов о себе.

Но даже среди них посвященное И.В.Сталину уникально. И в первую очередь – количеством не то что разнообразных, а напрочь исключающих друг друга оценок. Возникает стойкое ощущение, что описывают, как минимум, несколько десятков разных людей с одной и той же фамилией, инициалами и датами жизни. Причем особенно удивляют две вещи: тот эмоциональный накал, с которым о нем пишут и сторонники, и враги, и настойчивейшие попытки, даже десятилетия спустя после его смерти, вытравить о И.В.Сталине всякие упоминания.

Причем процесс этот как начался спустя три года после смерти вождя, так и не думает останавливаться и сегодня. Начало ему положил недоброй памяти «кукурузник» своим «секретным» докладом на ХХ-ом съезде КПСС, в котором (и это вынуждены были признать даже американские исследователи все до единого обвинения в адрес И.В.Сталина оказались ложными). Но это не смущает и сегодняшних антисталинистов, не только постоянно повторяющих выдумки Хрущева, но и соревнующихся в весьма странной игре: «Кто сумеет сочинить еще большую нелепость про Иосифа Виссарионовича?». Причем подобный образ мыслей до сих пор является проводимой – явно или тайно - политикой руководства страны, начиная с Хрущева и заканчивая Д.Медведевым.

«Демократическая общественность» всех мастей ваяет памятники «невинноубиенным», открывает музеи жертв политических репрессий, почему-то сильно смахивающие по наполнению экспозиций на «музеи коммунистической оккупации» в «очень гордых и поэтому очень маленьких» прибалтийских лимитрофах и на остатках бывшей Украины. Поскольку современная молодежь уже второе поколение практически ничего не читает, то в ее глаза и уши ежедневно выливаются десятки часов экранного и эфирного времени, рассказывающего, как плохо было жить при Сталине.

Эта пропаганда, для большей наглядности, подкрепляется красочными шоу уничтожения на Украине советских памятников и массовым переименованием улиц и городов – в рамках закона «О декоммунизации». Правда, здесь «свидомые» в своих действиях (как, впрочем, и всегда) являются лишь эпигонами своего земляка. Ведь именно с Хрущева началось массовое снятие памятников И.В.Сталина и его портретов, за которым последовали аналогичные действия относительно его соратников, не поддержавших слишком уж лихо взявшегося за дело «Никитку-чудотворца».

Удивляет то, что, несмотря на столь массированную антисталинскую пропаганду «словом и делом» в стране, да и в мире, число людей, относящихся к И.В.Сталину положительно и даже с симпатией, постоянно растет. Буквально недавно в интернете мелькнула информация: «За последние десять лет число сталинистов в России выросло втрое».

И это показательно – никакие, даже самые изощренные средства внушения не в состоянии убедить людей в разумности и справедливости сегодняшней капиталистической системы, с которой всю жизнь боролся И.В.Сталин.

 

Глава 1.И.В.Сталин как феномен массового сознания

 

Как-то в еще «домайданной» Украине была опубликована статья, в которой один из «выдающихся украинских певцов» вспоминал о сталинской эпохе. Он родился и вырос в глухом селе на Буковине, принадлежащей тогда Румынии, и подростком видел, как пришли «Советы». Вспоминал он о том, как новая власть предложила сельчанам назвать имена наиболее умных и уважаемых жителей деревни, якобы для их выдвижения в органы новой власти. Затем, как он утверждает, всех этих людей «в одну ночь арестовало НКВД». А буквально через абзац, рассказывая о талантах своих земляков, он расписывал – сколько среди них оказалось генералов и полковников, профессоров и академиков, директоров заводов и деятелей культуры. И почему-то у него не возник простой естественный вопрос: «А сколько академиков и директоров заводов получилось бы из украинских селян, останься они подданными королевской Румынии?». И поднялся бы он в той же самой «великой наследнице Рима» выше изредка играющего на сельских свадьбах и похоронах музыканта?

В этой статье наглядно отразился феномен отношения к И.В.Сталину среди его противников всех мастей. С одной стороны невозможно, как не старайся и не разрушай, убрать с глаз долой все созданное при Сталине: школы и детские сады даже в самых глухих деревнях и аулах, университеты, и сегодня выпускающие самых востребованных специалистов, театры и гидроэлектростанции, красные флаги над поверженным Берлином и возвращенным Порт-Артуром и едущие в Союз студенты со всего мира, запущенной всего через четыре года после его смерти первый искусственный спутник Земли.

С другой стороны, даже эти несомненные достижения путем некого абсурдно-антилогического выверта пытаются поставить И.В.Сталину в вину: в войне мы победили не благодаря, а вопреки Сталину, который является главным виновником поражений 1941-1942 годов, но не имеет никакого отношения ко всем последующим победам. Все построенное – ценой миллионов жертв и опять-таки вопреки Сталину, который только и делал, что уничтожал в лагерях невинных, которые после этого и строили железные дороги, метро, и даже здание МГУ и прочие «сталинские высотки».

Причем на этот разрыв законов логики и мышления не влияют ни вполне официальные и не вызывающие сомнения цифры, в которых «сотни миллионов репрессированных» почему-то сокращались до цифр, на порядки меньших, ни та же статистика официально признанного почему-то парламентом столь любимого нами Гондураса геноцидом «украинского голодомора» (памятниками которому во времена президентства отравленного на весь мозг Ющенко была застроена вся Украина). А ведь по не опровергнутой никем статистике в 1933 году (в самый разгар «голодомора») лишь снизился прирост населения – он стал меньшим, чем в предыдущие годы.

Интересно, а как тогда назвать первые два десятилетия украинской независимости, когда, даже по официальной статистике численность населения (имеется ввиду естественная убыль) – еще до начала гражданской войны в Донбассе – сократилось с 52 до 42 миллионов человек.

Впрочем, аналитики утверждали, что, если судить по количеству потребляемого хлеба (а этот показатель чрезвычайно точен), на Украине проживало всего 36 миллионов человек (при условии, что в Советском Союзе отдельно считалось потребление хлебобулочных – хлеб и батоны, и отдельно макаронные и кондитерские изделия, а в Украине эти два показателя объединили). А ведь людские потери Украинской ССР за годы Великой Отечественной и Советско-японской войн (1945 года) войн составили 7 миллионов человек, включая также внезапно и поголовно оказавшихся в американском плену поляками «воякив» дивизии СС-Галиция и личного состава батальонов вспомогательной полиции – палачей Бабьего Яра и Хатыни.

Еще одну группу антисталинистов – уже не настолько невменяемых – составила преимущественно творческая интеллигенция и примыкавшая к ней околобогемная публика. Конечно, часть из них во главе с Солженицыным были не только поклонниками, но и подчас авторами антисталинских измышлений – достаточно вспомнить цифру в 100 миллионов репрессированных, озвученную в «Архипелаге».

Но большинство из «инженеров человеческих душ» в основном пеняло И.В.Сталину на «подавление свободы творчества», под которой они понимали право писать, рисовать, снимать, сочинять и ваять то, чего желает их сложная, мятущаяся творческая натура. Особенно их возмущала цензура со стороны «малокультурных партийных чиновников», единственно и не позволявшая им создавать свои бессмертные шедевры, а главное – печатать, снимать, выставлять и ставить их за государственный счет. Естественно, с соответствующими, опять-таки за казенный счет, гонорарами и прочими благами.

Причем именно размер последних и вызывал наибольшее негодование, в сравнении с «роскошной», по их мнению, жизнью зарубежных деятелей искусства. Почему-то мысль о том, что для того, чтобы жить как Вивьен Ли не достаточно играть на уровне Фроси Бурлаковой.

Большой неожиданностью для этой категории антисталинистов стало и то, что их востребованность и в стране, и за рубежом после того, как схлынули сначала хрущевский, а затем и горбачевский «валы разоблачений» оказалась чрезвычайно низкой. Даже у наиболее востребованного среди всей этой публики обнобеллевсколауреаченного Солженицына успех достаточно быстро сменился забвением – сначала в США, где о нем забыли достаточно быстро, а затем и в России. Достаточно высокие в годы перестроечные тиражи его книг сегодня упали до нуля – никому из издателей не приходит в голову печатать то, что не покупается. Попутно выяснилось, что кроме некогда скандально-злободневной темы, другими достоинствами творения Александра Исаевича не блещут…

Причем точно та же судьба постигла и произведения прочих «пострадавше-отсидевших» - В. Шаламова, Л. Гинзбург, А. Жигулина, и остальных, успевших сделать «себе имя» на лагерной теме.

Когда, наконец, столь проклинаемая творческой интеллигенцией цензура стала достоянием истории, как-то неожиданно выяснилось, что на количество не то что великих, а и хотя бы интересных произведений во всех видах художественной культуры она не влияла никак. Как появлялись по-настоящему талантливые произведения достаточно редко при Сталине, так и сегодня их число ничуть не возросло.

Третьей, и, пожалуй, наиболее многочисленной среди антисталинистов является группа «родственников пострадавших». Причем все они, как один утверждают, что их родные относятся к той самой категории «незаконно репрессированных» за что им, непонятно за какие страдания, положены всевозможные льготы и компенсации.

Правда, и у этих людей иногда случаются крупные неприятности – пока, правда, все больше на международной арене. Тут самым громким из недавних скандалов стал отказ Европейского суда рассматривать предоставленные Правительством России документы, подтверждающие вину СССР и лично И.В.Сталина в расстреле польских офицеров в Катыни – как недостоверные. А ведь и Горбачев, и Яковлев, и Ельцин, и даже лично Д.Медведев неоднократно заверяли в подлинности этих документов и в виновности товарища Сталина, едва ли не сам связывавшего немецкой бечевкой руки несчастным полякам, одетым в польскую военную форму, в карманах которой находились их документы, деньги, ценности, и даже награды (что прямо противоречило всем мыслимым и немыслимым правилам заключенных в СССР), а затем стрелял в них из немецкого пистолета немецкими же патронами.

Что же касается тех, для кого Сталин был и остается Великим Вождем, то здесь ситуация несколько иная. С одной стороны, имя Сталина в годы застоя стало своего рода символом некой отечественной фронды – протеста против все сильнее углубляющегося разрыва между словами и делами тогдашнего советского руководства. Портреты генералиссимуса, ставшие частыми на лобовых или задних стеклах автомобилей, аплодисменты к кинозалах, когда в фильмах о войне появлялся на экране появлялся Верховный Главнокомандующий, и даже самодельные фотокалендарики с вождем, продаваемые настоящими и не очень глухонемыми в электричках и поездах дальнего следования, зачастую, правда, вместе с календариками церковными и фотографиями не слишком обремененных одеждой красоток.

Это был сталинизм скорее протестно-эмоциональный, лозунгом которого стало «при Сталине бы такого не было!». Это относилось ко всему – от отсутствия в магазинах мяса и до тогда уже диких выходок автомажоров – так что Мара Багдасарян – явление далеко не только нашей эпохи.

Но только после двухтысячных слово получили уже серьезные и добросовестные исследователи, которые с цифрами и фактами в руках начали исследовать сталинскую эпоху – Ю.Мухин, С.Кара-Мурза, Ю.Пыхалов, С.Кремлев, М.Калашников и многие другие. Именно у них эмоциональные споры на уровне: «а вы сами это видели?», «а вы сами сидели?» - перешли на уровень серьезных научных дискуссий. Парадокс заключается в том, что на приводимые добросовестными исследователями цифры и факты аргументированных возражений не находится, но большинство из тех, кто ищет историческую правду «отлучены» от наиболее популярных средств массовой информации.

А книги, а уж тем более – серьезные, с таблицами и статистическими выкладками с умеренной эмоциональной окраской абсолютное большинство сегодняшнего молодого поколения попросту не читает. А на экранах продолжают кинозлодействовать НКВДшники да бодренькие старички и старушки рассказывают, как их, юных и невинных, после войны по сталинскому наущению лично насиловал и пытал злодей-Берия в своем мрачном дворце. А на простой вопрос – в курсе ли они, что после войны Лаврентий Павлович был первым заместителем Председателя Совета Министров СССР И.В.Сталина и никакого отношения к любым репрессивным органам не имел вообще, вызывают неконтролируемую истерику. А уж вопрос - было ли время у второго человека в государстве регулярно общаться с не слишком умными малолетками – вгонял в клинический ступор.

Тот факт, что споры о личности Сталина и его роли, начавшиеся еще при его жизни и по сие время не утихающие, требуют, конечно, дополнительного изучения. Уже, увы, почти ушло поколение, родившееся и выросшее при жизни И.В.Сталина и своими глазами видевшее «ту» жизнь. Во взрослую жизнь уже вступают их правнуки.

Однако накал страстей не снижается. И это достаточно странно – ведь и в Англии, и в США, и во Франции, и в Германии фигуры Черчилля, Рузвельта, де Голля, Муссолини, и даже Гитлера сегодня воспринимаются с эмоциями, ненамного превосходящими те, с какими относятся скажем, к Карлу Великому, императору Францу-Иосифу или даже Наполеону, исходя из гоголевской формулы: «Александр Македонский – великий человек, но зачем же стулья ломать?». А вот со Сталиным это явно не так…

 

Глава 2.Оценка И.В.Сталина современниками и мемуаристами

 

2.1.И.В.Сталин под пером противников и врагов

 

Во всем мире о советском лидере писали много – и те, кто знали его лично, и те, кто с ним боролся, и те кто вынужден был ему помогать, оставаясь при этом убежденным противником всего советского. Характерная черта: хуже всех о нем отзывались почему-то те, кто не знал его лично, и кому он не сделал ни плохого, ни хорошего. Тут, пожалуй, лучше всех высказался один из столпов психоаналитики, ученик и оппонент Сигизмунда Шломо Фрейда – Карл Густав Юнг: «Сталин именно животное – хитрый, злобный мужик, бессознательный зверь»[1].

Это определение можно, с одной стороны, списать на эмоциональную неустойчивость крепко сдвинутого на мистике немецкого профессора, который к тому же чрезвычайно много внес в теорию и практику психоанализа, о котором работающие с реальными пациентами психиатры отзываются, в самом лучшем случае, нецензурно даже по-латыни.

А если подходить к этой личности с другой токи зрения, то его можно охарактеризовать как человека, обязанного формировать определенное мнение о главе потенциально вражеского государства среди студентов. И становится понятной такая позиции. Поскольку именно такие выражения в неофициальном и являются основополагающими для воспитания подрастающего поколения в определенном политическом ключе. Сегодня этим же самым занимается, например, «Эхо Москвы».

А вот те, кто имел о Сталине информацию не в пример более достоверную, и, более того жизненно для них важную, писали совсем другое: «Сила русского народа состоит не в его численности или организованности, а в его способности порождать личности масштаба Сталина.

По своим политическим и военным качествам Сталин намного превосходит и Черчилля и Рузвельта. Это единственный мировой политик, достойный уважения. Наша задача - раздробить русский народ так, чтобы люди масштаба Сталина больше не появлялись»[2].

Адольф Гитлер.

Правда, эти строки фюрер написал уже после того, как на собственном печальном опыте убедился в ошибочности оценок профессора Юнга и ему подобных «светочей мысли». Сначала-то он и сам в тщательно протоколируемых беседах (дабы ни одно слово «великого вождя германской нации» - а именно так он сам себя именовал, не пропало для потомков) он отзывался о своем советском оппоненте как о «диком горце», к тому же «послушном агенте еврейско-американской плутократии». Понятно, что реальная жизнь отрезвляет даже такие экзальтированные натуры, какой был Адольф Алоизович, и тем ценнее для нас его признание. Ведь не было у И.В.Сталина столь серьезного и столь последовательного врага.

С «любимым фюрером» вполне солидарен и его рейхсминистр иностранных дел: «Сталин с первого же момента нашей встречи произвел на меня сильное впечатление: Человек необычайного масштаба. Его трезвая, почти сухая, но столь четкая манера выражаться и твердый, но при этом и великодушный стиль ведения переговоров показывали, что свою фамилию он носит по праву.

Ход моих переговоров и бесед со Сталиным дал мне ясное представление о силе и власти этого человека, одно мановение руки которого становилось приказом для самой отдаленной деревни, затерянной где-нибудь в необъятных просторах России, – человека, который сумел сплотить двухсотмиллионное население своей империи сильнее, чем какой-либо царь прежде».

И. фон Риббентроп, министр иностранных дел Третьего Рейха.

Если же брать оценки И.В.Сталина тех, кто не только собирал и изучал подробные досье о нем, но и контактировал лично, решая, без всякого преувеличения судьбы всего человечества – лидеров стран антигитлеровской коалиции, то они также видели в нем фигуру неординарную.

В своем выступлении в британском парламенте 8 сентября 1942 г. по результатам визита в Москву У. Черчилль утверждал: «России очень повезло, что когда она агонизировала, во главе ее оказался такой жесткий военный вождь. Это выдающаяся личность, подходящая для суровых времен. Человек неисчерпаемо смелый, властный, прямой в действиях и даже грубый в своих высказываниях. Однако он сохранил чувство юмора. Сталин также произвел на меня впечатление своей хладнокровной мудростью, при полном отсутствии каких-либо иллюзий»[3].

В 1945 году, во время выступления в Палате общин, Уинстон Черчилль буквально дифирамбы пел советскому лидеру: «Я лично не могу чувствовать ничего иного, помимо величайшего восхищения по отношению к этому подлинно великому человеку, отцу своей страны, правящему судьбой своей страны во времена мира и победоносному ее защитнику во время войны»[4].

Реакция И.В. Сталина, на речь У. Черчилля 7 ноября 1945 г. в британском парламенте, была следующей:

«Считаю ошибкой опубликование речи Черчилля о восхвалении России и Сталина, … Всё это нужно Черчиллю, чтобы успокоить свою нечистую совесть и замаскировать своё враждебное отношение к СССР. Советские лидеры не нуждаются в похвалах со стороны иностранных лидеров. Что касается меня лично, то такие похвалы только коробят меня»[5].

И если это выступление еще можно было бы отнести к требованиям момента в большой политике, то, стоит отдать ему должное, своих оценок личности И.В.Сталина он не изменил и куда позже, даже после своей печально знаменитой Фултоновской речи и хрущевской компании десталинизации.

«Большим счастьем было для России, что в годы тяжелейших испытаний страну возглавил гений и непоколебимый полководец Сталин. Он был самой выдающейся личностью, импонирующей нашему изменчивому и жестокому времени того периода, в котором проходила вся его жизнь. Сталин был человеком необычайной энергии и несгибаемой силы воли, резким, жестоким, беспощадным в беседе, которому даже я, воспитанный здесь, в Британском парламенте, не мог ничего противопоставить. Сталин, прежде всего, обладал большим чувством юмора и сарказма и способностью точно воспринимать мысли. Эта сила была настолько велика в Сталине, что он казался неповторимым среди руководителей государств всех времен и народов. Сталин произвел на нас величайшее впечатление. Он обладал глубокой, лишенной всякой паники, логически осмысленной мудростью. Он был непобедимым мастером находить в трудные моменты пути выхода из самого безвыходного положения. Кроме того, Сталин в самые критические моменты, а также в моменты торжества был одинаково сдержан и никогда не поддавался иллюзиям. Он был необычайно сложной личностью. Он создал и подчинил себе огромную империю. Это был человек, который своего врага уничтожал своим же врагом. Сталин был величайшим, не имеющим себе равного в мире, диктатором, который принял Россию с сохой и оставил ее с атомным вооружением»[6].

Сказано это было уже тогда, когда никакая политическая целесообразность не влияла на слова и поступки уже давно отставного британского премьера. И еще один чрезвычайно важный момент: все, кто был лично знаком с «сэром Уини», в один голос отмечали его невероятное самомнение, так что назвать величайшим из политиков именно советского лидера, а не себя, любимого – говорило об очень многом.

К тому же потомок герцогов Мальборо до конца жизни считал себя хранителем интересов традиционной Британии, основой политики которой достаточно давно была борьба с единственной угрозой ее могуществу – Россией. Причем Россия эта могла быть и царской, и буржуазно-демократической, и советской, и снова буржуазной – основой политики «нации просвещенных мореплавателей» была и остается неизменная борьба за ограничение русского влияния.

И что особенно важно – больше ни об одном из русских, советских и постсоветских политиков из уст британских лидеров не было сказано ничего подобного.

Другой великий политик двадцатого века, вытащивший США из Великой депрессии и открывший путь в «Американский век», Ф.Д.Рузвельт, был, в отличие от своего аристократического коллеги Черчилля, человеком, прекрасно знавшим, как тяжело управлять государством в период тяжелейшего кризиса во всех сферах жизни.

Его оценка вождя СССР следующая:

«Этот человек умеет действовать. У него цель всегда перед глазами. Работать с ним – одно удовольствие»[7].

Сразу виден знаменитый американский практицизм: оценка партнера, в первую очередь, по его деловым качествам.

Солидарен с ним в своих мемуарах и другой великий прагматик и националист - президент пятой по счету республики во Франции Шарль де Голль:

«Сталин имел колоссальный авторитет, и не только в России. Он умел «приручать» своих врагов…»[8].

Но это, так сказать, звезды первой величины. Хотя хорошо известно, что политику реально двигают те, кто находится в тени лидеров, подготавливая и решая, тем не менее, куда более сложные задачи, чем лица официальные, скованные дипломатическим протоколом, оппозицией и общественным мнением.

Среди них – личный друг и особо доверенное лицо американского президента, его глаза и уши, американский посол, в СССР, А. Гарриман.

«Те, кто не знали Сталина лично, видят в нем только тирана. Мне пришлось видеть другую сторону его личности – высокую интеллектуальность, фантастическое знание деталей, проницательность и неожиданную восприимчивость, которую он демонстрировал, во всяком случае, в период войны.

Я обнаружил, что он был более информирован, чем Рузвельт, что он был более реалистичен, чем Черчилль. В определенном смысле, он был наиболее эффективным военным лидером. Я хотел бы подчеркнуть моё глубокое восхищение способностью Сталина руководить страной в чрезвычайной ситуации – в один из тех исторических моментов, когда от одного человека зависит так много...

Он обладал невероятной способностью отмечать мельчайшие подробности и действовать с их учётом. Я должен был признаться, что для меня Сталин останется самой загадочной и противоречивой личностью. Таким я знал его и оставляю истории окончательное суждение о нем»[9].

Здесь особо примечательно парадоксально перекликающиеся с мнением А.Гитлера суждение о превосходстве И.В.Сталина как политика над своими англо-саксонскими коллегами.

Это замечание тем более ценно, что А.Гарриман, как и У.Черчилль никогда не был для СССР другом. Он также был сторонником принципа: «нет постоянных союзников – есть постоянные интересы». Кроме того, в аналитических способностях и точности оценок Гарримана многократно убеждались и его коллеги, и уж, тем более, его противники. Именно во многом благодаря его деятельности США сумели без чрезмерных для себя усилий прибрать к рукам наследство ослабевшей Британской империи и попытаться превратить Юнайтед Стейтс во всемирную империю. Тогда именно И.В.Сталин сумел приостановить этот процесс, за что и вполне объективно был оценен американским мастером закулисной дипломатии.

И насколько же убогими рядом с этими вымученными сквозь зубы, но объективными оценками выглядят разглагольствования отставного «Льва революции» - Лейбы Давидовича Бронштейна. Понятно, что отставленный от власти и вынужденный отправиться в далеко недобровольную ссылку, Троцкий продолжал считать себя единственной значимой фигурой и революции, и Гражданской войны, всячески пытаясь принизить выигравшего у него, великого, противника:

«Политик, порожденный бюрократическим аппаратом, выросшего на почве российского хаоса и отсталости в стране после гражданской войны.

Серый, заурядный человек, духовный горизонт, которого не поднимается выше уровня провинциального чиновника. В его характере наблюдается восточное коварство, которое по-разному проявлялось в соответствии с конкретно-исторической обстановкой»[10].

Он же называл Сталина не прощающей никому «духовного превосходства» «выдающейся посредственностью».

Ему вторил сбежавший в 1928 году из СССР бывший секретарь И.В.Сталина Борис Бажанов, характеризуя его в своих мемуарах как «невежественного», «хитрого», «малокультурного» человека. Это понятно – ни один предатель никогда не сказал доброго слова о том, кого он предал…

Еще дальше пошел «диссидент-философ» Александр Зиновьев:

«В Советском Союзе официально считалось, что в сталинские времена нарушались нормы партийно-государственной жизни, но что с этим было покончено. По этому поводу раздаются критические голоса. «Ничего подобного! — вещают эти голоса. — Упомянутые нормы всегда нарушались!» Эти голоса считают, что если в стране плохо, так значит нормы нарушаются. Но как официальная точка зрения, так и ее критика в данном случае лишены смысла.

Дело не в том, соблюдаются или нет нормы, а в том, что из себя представляют сами эти нормы. А эпоха сталинизма была эпохой изобретения и утверждения этих норм. Дело обстояло не так, будто уже были некие нормы, когда пришел Сталин со своей бандой и начал нарушать их.

Когда пришел Сталин, никаких норм таких еще не было. Они рождались и утверждались в том страшном процессе, который лишь впоследствии был истолкован как их нарушение. Нельзя было нарушить то, чего еще не было. Просто процесс становления общества имеет свои нормы, в соответствии с которыми вырабатываются нормы возникшего общества. Весь сталинский период проходил в точном соответствии с первыми.

Сталин был адекватен породившему его историческому процессу. Не он породил этот процессе, но он наложил на него свою печать, дав ему свое имя и свою психологию. В этом была его сила и его величие. Не исключено, что молодежь еще будет когда-нибудь тосковать по сталинским временам. Народ (тот самый, якобы обманутый и изнасилованный) уже тоскует и встречает упоминание его имени аплодисментами».

Впрочем, посмотрев на итоги «победы демократии над тоталитаризмом в СССР», автор этих строк нашел в себе силы и мужество пересмотреть свою позицию и стать на защиту столь критикуемого им прежде социализма.

 

 


2.2. Деятели культуры о И.В.Сталине

 

Понятно, что «великому» Троцкому и ему подобным хотелось уязвить своего оппонента хоть чем-то. Но даже поверив в их выдающуюся просвещенность в вопросах культуры, стоит дать слово и тем, для кого она была профессией и делом жизни.

Английский политик-публицист и литературовед Чарльз Сноу охарактеризовал уровень образования И.В.Сталина весьма высоко:

«Одно из множества любопытных обстоятельств, имеющих отношение к Сталину: он был куда более образован в литературном смысле, чем любой из современных ему государственных деятелей. В сравнении с ним Ллойд Джордж и Черчилль — на диво плохо начитанные люди. Как, впрочем, и Рузвельт»[11].

Так что рассказы о «полуграмотном семинаристе» стоит оставить на совести (если она, конечно, когда-либо присутствовала) тех людей, которые их распространяли. При этом стоит учесть, что все трое названных им «на диво плохо начитанными людьми» политиков получили лучшее из возможных в тогдашнем мире образований, а Черчилль был еще и нобелевским лауреатом в области литературы.

Однако не только начитанностью привлекал к себе деятелей культуры И.В.Сталин. Французский писатель А. Барбюс отзывался о И.В. Сталине: «Это – самый знаменитый и в то же время почти самый неизведанный человек в мире»[12].

Понятно, что люди искусства живут эмоциями и интуицией – в отличие от политиков, обязательной чертой которых является именно лишенной всякой эмоциональной составляющей трезвый расчет. Поэтому их свидетельства позволяют нам увидеть «гения всех времен и народов» совсем с другой стороны. И здесь крайне важны ощущения и впечатления не современной околохудожественной интеллигенции, которая ухитряется зачем-то вкладывать в описание И.В.Сталина собственные проблемы, комплексы и фобии заодно с «творчески переработанными» мыслями его врагов, да и просто злопыхателей.

А ведь с И.В.Сталином встречались и тесно общались, без всякого преувеличения звезды мировой величины – люди с огромным личным и творческим опытов, признанные и уважаемые во всем мире и сегодня.

Лауреат Нобелевской премии, выдающийся драматург и писатель, и один из самых сатирически-иронических людей в Британии, никогда не склонявшийся ни перед какими властями и авторитетами – Бернард Шоу о Сталине высказывался в более чем превосходной форме: «Сталин — очень приятный человек и действительно руководитель рабочего класса», «Сталин — гигант, а все западные деятели — пигмеи».

В своей книге «Опыт автобиографии» Г. Уэллс говорил о Сталине: «Я никогда не встречал человека более искреннего, порядочного и честного; в нём нет ничего тёмного и зловещего, и именно этими его качествами следует объяснять его огромную власть в России. Я думал раньше, прежде чем встретиться с ним, может быть, о нём думали плохо потому, что люди боялись его. Но я установил, что, наоборот, никто его не боится и все верят в него… Сталин — совершенно лишённый хитрости и коварства грузин».

Еще один нобелевский лауреат, Михаил Шолохов, писал в самый разгар «развенчания культа»: «Нельзя оглуплять и принижать деятельность Сталина... Во-первых, это нечестно, во-вторых, вредно для страны, для советских людей. И не потому, что победителей не судят, а прежде всего потому, что «ниспровержение» не отвечает истине».

И закончить раздел хочется оценкой человека, пострадавшего во время гонений на церковь и причисленного ею к лику святых: «Сталин сохранил Россию, показал, что она значит для мира. Поэтому я, как православный христианин и русский патриот, низко кланяюсь Сталину. Сталин — богоданный вождь».

Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий, Святитель Лука. Архиепископ Симферопольский и Крымский.

 

 

2.3.И.В. Сталин в глазах военных деятелей

 

«У Сталина была хорошая черта: он не любил всякую сволочь и очень любил Россию. Он был для честных. И воспитывал надёжных. Потому и побеждали»[13].

Сергей Владимирович Ильюшин, авиаконструктор, чьи самолеты уже летом 1941 года первыми бомбили Берлин и до сих пор служат в отечественной авиации.

Именно эта оценка гения мировой авиации во многом раскрывает и отношение к своему Верховному Главнокомандующему людей, которые воевали под его началом.

«Близко узнать И. В. Сталина мне пришлось после 1940 года, когда я работал в должности начальника Генштаба, а во время войны — заместителем Верховного Главнокомандующего.

О внешности И. В. Сталина писали уже не раз. Невысокого роста и непримечательный с виду, И. В. Сталин производил сильное впечатление. Лишенный позерства, он подкупал собеседника простотой общения. Свободная манера разговора, способность четко формулировать мысль, природный аналитический ум, большая эрудиция и редкая память даже очень искушенных и значительных людей заставляли во время беседы с И.В.Сталиным внутренне собраться и быть начеку.

Русский язык знал отлично и любил употреблять образные литературные сравнения, примеры, метафоры. Писал, как правило, сам от руки. Читал много и был широко осведомленным человеком в самых разнообразных областях. Его поразительная работоспособность, умение быстро схватывать материал позволяли ему просматривать и усваивать за день такое количество самого различного фактологического материала, которое было под силу только незаурядному человеку.

Трудно сказать, какая черта характера преобладала в нем. Человек разносторонний и талантливый, он не был ровным. Он обладал сильной волей, характером скрытным и порывистым. Обычно спокойный и рассудительный, он иногда впадал в раздражение. Тогда ему изменяла объективность, он буквально менялся на глазах, еще больше бледнел, взгляд становился тяжелым и жестким. Не много я знал смельчаков, которые могли выдержать сталинский гнев и отпарировать удар. Работал много, по 12—15 часов в сутки.

Как военного деятеля И. В. Сталина я изучил досконально, так как вместе с ним прошел всю войну. И. В. Сталин владел вопросами организации фронтовых операций и операций групп фронтов и руководил ими с полным знанием дела, хорошо разбираясь и в больших стратегических вопросах... В руководстве вооруженной борьбой в целом И. В. Сталину помогали его природный ум, богатая интуиция. Он умел найти главное звено в стратегической обстановке и, ухватившись за него, оказать противодействие врагу, провести ту или иную крупную наступательную операцию. Несомненно, он был достойным Верховным Главнокомандующим»[14].

Высказывая свое мнение о деятельности И.В.Сталина, как Верховного Главнокомандующего Жуковым было сказано следующее: «В стратегических вопросах Сталин разбирался с самого начала войны. Стратегия была близка к его привычной сфере политики, и чем в более прямое воздействие с политическими вопросами вступали вопросы стратегии, тем увереннее он чувствовал себя в них … его ум и талант позволили ему в ходе войны овладеть оперативным искусством настолько, что, вызывая к себе командующих фронтами и разговаривая с ними на темы, связанные с проведением операций, он проявил себя как человек, разбирающийся в этом не хуже, а порой и лучше своих подчиненных. При этом в ряде случаев он находил и подсказывал интересные оперативные решения»[15].

И еще одна цитата другого прославленного «маршала победы».

«В тот памятный вечер, оставивший у меня неизгладимое впечатление, И. В. Сталин не раз по ходу доклада и в процессе его обсуждения также разъяснял нам, как наилучшим образом использовать боевые свойства пехоты, танков, авиации в предстоящих летних операциях Красной Армии. Из Кремля я вернулся весь во власти новых впечатлений. Я понял, что во главе наших Вооруженных Сил стоит не только выдающийся политический деятель современности, но также и хорошо подготовленный в вопросах военной теории и практики военачальник.

Во время обсуждения предложений командующих Верховный был немногословен. Он больше слушал, изредка задавал короткие, точно сформулированные вопросы. У него была идеальная память на цифры, фамилии, названия населенных пунктов, меткие выражения. Сталин был предельно собран»[16].

«Сталин обладал уникальной работоспособностью, огромной силой воли, большим организаторским талантом. Понимая всю сложность и многогранность вопросов руководства войной, он многое доверял членам Политбюро, ЦК, ГКО, руководителям наркоматов, сумел наладить безупречно четкую, согласованную, слаженную работу всех звеньев управления, добивался безусловного исполнения принятых решений.

При всей своей властности, суровости, я бы сказал жесткости, он живо откликался на проявление разумной инициативы, самостоятельности, ценил независимость суждений... Он поименно знал практически всех руководителей экономики и Вооруженных Сил, вплоть до директоров заводов и командиров дивизий, помнил наиболее существенные данные, характеризующие как их лично, так и положение дел на доверенных им участках»[17].

Маршал Д. Ф. Устинов

Военные деятели всегда исключительно положительно говорили о И.В. Сталине. Они считали его не просто великим государственным деятелем, но и хорошо подготовленным и критично оценивающим ситуацию военачальником, когда дело касалось даже узкопрофессиональных вопросов военной теории и практики. Он по праву был титулован Верховным Главнокомандующим.

Значительной ролью в решении этого вопроса обладают записи К.Симонова, а именно его бесед со знаменитыми полководцами. Симонов пишет: «Для Жукова Сталин во время войны — это человек, принявший на свои плечи самую трудную должность в воюющем государстве»[18].

Уже в первые тяжелейшие дни войны Сталин без колебания принял на себя неизмеримую ответственность за судьбы армии, страны, за судьбы миллионов советских людей. Как на Верховном Главнокомандующем, на Сталине лежал огромный груз непосредственного участия в планировании, подготовке, руководстве каждой крупной операции на театре войны, тяжелая, главная ответственность за их успех или провал, за судьбы миллионов людей, участвовавших в этих операциях.

С именем Сталина связано разрешение колоссальных проблем той эпохи, энтузиазм и героизм миллионов советских людей. В годы тяжких испытаний народом, его лице, был обретен вождь, способный спасти страну. И Сталин сумел проявить огромную волю и твердость, невиданную энергию и решительность не только в руководстве государством, но и армией и, в достижении победы над врагом.

А вот что говорил о деятельности Сталина как Верховного Главнокомандующего А.М.Василевский: «О Сталине как о военном руководителе в годы войны необходимо написать правду. Он не был военным человеком, но он обладал гениальным умом. Он умел глубоко проникать в суть дела и подсказывать военные решения»[19].

Приведем еще высказывание маршала И.С.Конева: «Очень интересна была реакция Сталина на наше предложение присвоить ему звание генералиссимуса. Это было уже после войны. На заседании Политбюро, где обсуждался этот вопрос, присутствовали Жуков, Василевский, я и Рокоссовский. Сталин сначала отказывался, но мы настойчиво выдвигали это предложение. Я дважды говорил об этом. И должен сказать, что в тот момент искренне считал это необходимым и заслуженным. Мотивировали мы тем, что по статусу русской армии полководцу, одержавшему большие победы, победоносно окончившему кампанию, присваивается такое звание».

Как на Верховном Главнокомандующем, на Сталине лежал огромный груз непосредственного участия в планировании, подготовке, руководстве каждой крупной операции на театре войны, тяжелая, главная ответственность за их успех или провал, за судьбы миллионов людей, участвовавших в этих операциях. И персональная ответственность за выполнение главной задачи — сумеет ли он, полководец и вождь, провести страну через все тягчайшие испытания войны и проложить путь к конечной победе.

История свидетельствует, что не было полководцев, которые в своей деятельности не допускали бы ошибок и просчетов. Были они и у Сталина. Но в целом его деятельность как Верховного Главнокомандующего характеризовалась глубоким творческим анализом складывающейся обстановки, умением принимать нестандартные решения, оригинальностью стратегического замысла и величайшей настойчивостью в осуществлении задуманных военных операций.

Эти качества весьма ярко проявились при принятии важнейших решений по ведению войны, планированию операций, в анализе состояния и возможностей своих войск, замыслов и сил противника, в создании группировок войск и резервов, в выборе направлений главных ударов, гибком и быстром реагировании на изменения обстановки, в тщательной и всесторонней подготовке операций в морально-политическом, оперативном, тыловом и техническом отношениях, в умелом подборе и своевременном перемещении кадров.

Можно без конца цитировать государственных и военных деятелей, ученых и писателей. Суть будет одна, если они честные и ответственные перед историей лица, — Сталин творил историю во имя блага народов, человечества.

 


Заключение

 

Без сомнения И.В. Сталин является величайшим государственным деятелем. Сегодня есть немало тех, кто выражает свое неодобрение, причем подчас совершенно агрессивным, неаргументированным, истеричным образом, и не только в адрес И.В. Сталина как личности и деятеля, но и в отношении того времени – сложного, тяжелого, выжимающего из людей все силы.

Но ведь оно было не только временем испытаний, но и побед, достижений, и об этом нельзя позволить забыть. Просто, мы, современные люди, воспитанные на интернет-блогах, получающие информацию из поисковиков и новостных блоков и заказывающие еду он-лайн, подходим к прошлому с мерками нашего времени. Однако даже 10 лет назад все было совсем по-другому, не говоря уже о таком промежутке времени как 70 – 90 лет назад, а именно столько приблизительно прошло со времени сталинской эпохи. Тогда у людей были другие идеалы и эталоны. Да и сами люди тогда были совершенно другими.

Может именно поэтому нам сложно понять некоторых поступки, совершенные в то время. Но странно другое - почему нам легче поверить в плохое и гадкое, причем, даже не утруждая себя попытками поисков доказательств свершенных злодеяний – вверим, так сказать «на слово». Тогда почему же нам так сложно поверить в хорошее, и вот тут мы «выпускаем в полет все возможные сомнения», но снова верим тем, кот говорит, что там было все плохо?

Прошлое скрыто от нас, мы можем лишь предполагать, что было и как было. Мы не должны осуждать людей прошлого и их время, мы должны попытаться понять их.

А подвести итог многочисленным и разнообразным свидетельствам политиков, дипломатов, писателей, священников, маршалов и конструкторов хотелось бы строками очень хорошего русского поэта Александра Твардовского

 

Когда кремлёвскими стёнами

Живой от жизни ограждён,

Как грозный дух он был над нами, -

Иных не знали мы имён.

 

Гадали, как ещё восславить

Его в столице и селе.

Тут ни убавить,

Ни прибавить, -

Так это было на земле…

Так это было:

четверть века

Призывом к бою и труду

Звучало имя человека

Со словом Родина в ряду.

 

Оно не знало меньшей меры,

Уже вступая в те права,

Что у людей глубокой веры

Имеет имя божества.

 

Не зря, должно быть, сын востока,

Он до конца являл черты

Своей крутой, своей жестокой

Неправоты.

И правоты.

 

Но кто из нас годится в судьи -

Решать, кто прав, кто виноват?

О людях речь идёт, а люди

Богов не сами ли творят?

 

Не мы ль, певцы почётной темы,

Мир извещавшие спроста,

Что и о нём самом поэмы

Нам лично он вложил в уста?

 

Не те ли все, что в чинном зале

И рта открыть ему не дав,

Уже, вставая, восклицали:

- Ура! Он снова будет прав…

 

Кому пенять! Страна, держава

В суровых буднях трудовых

Ту славу имени держала

На вышках строек мировых.

 

И русских воинов отвага

Её от волжских бёрегов

Несла до чёрных стен рейхстага

На жарком темени стволов…

 

И под Москвой, и на Урале -

В труде, лишеньях и борьбе -

Мы этой воле доверяли

Никак не меньше, чем себе.

 

Мы с нею шли, чтоб мир избавить,

Чтоб жизнь от смерти отстоять.

Тут ни убавить,

Ни прибавить, -

Ты помнишь всё, Отчизна-мать.[20]

 


Список использованной литературы

 

1.     Баграмян И. Х. Так мы шли к победе. М.: Воениздат, 1977;

2.     Барбюсс А. Сталин / Пер. с фр: Биографические хроники. – М.: Гослитиздат, 1936. – 321 с. /// Barbusse H. Staline. Un monde nouveau vu à travers un homme. – Paris: Flammarion, 1935 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/bio/barbusse/index.html

3.     Бушков А. Сталин: Красный монарх Санкт-Петербург; Издат. Дом «Нева» 2005;

4.     Бушков А. Сталин: Ледяной Трон Санкт-Петербург; Издат. Дом «Нева» 2005;

5.     Вторая мировая война в воспоминаниях У. Черчилля, Ш. де Голля, К. Хэлла, У. Леги, Д. Эйзенхауэра / Сост. Е.Я. Трояновская. – М.: Политиздат, 1990. – 558 c.

6.     Высказывания Черчилля о Сталине [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://traditio.wiki/

7.     Голль Ш. де. Военные мемуары: Призыв 1940–1942 / Пер. с фр. А.А. Анфилофьева, Ю.Б. Арзуманова, В.Г. Гак [и др.]. – М.: АСТ, Астрель, 2003. – 814 с. // de Gaulle Ch. Mémoires de guerre. V. 1 L'Appel 1940–1942. – Paris, 1954 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/memo/french/gaulle/index.html

8.     Жуков Г.К. Воспоминания и размышления: Мемуары. В 2 т. Т. 1. – М.: Олма-Пресс, 2002. – 415 с. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/memo/russian/zhukov1/index.html

9.     Иосиф Виссарионович Сталин [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://traditio.wiki/

10. Иосиф Сталин и американский олигарх. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://newsland.com/community/129/content/iosif-stalin-i-amerikanskii-oligarkh/3665136

11. История России. Учебник и практикум для прикладного бакалавриата / Под ред. Д.О. Чуракова, С.А. Саркисяна. – М.: Юрайт, 2016. – 431 с.

12. Капченко Н.И. И.В. Сталин как дипломат // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения. – 2005. – Вып. №1 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://cyberleninka.ru/article/n/i-v-stalin-kak-diplomat

13. Куманев Г.А. Говорят сталинские наркомы. – Смоленск: Русич, 2005. – 632 с. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/h/kymanev_ga2/index.html

14. Панов В. Н. Человек и эпоха. И.В. Сталин глазами современников [Текст] / В. Н. Панов, Я. А. Шилкина // Образование и наука в современных условиях : материалы X Междунар. науч.–практ. конф. (Чебоксары, 12 март 2017 г.) / редкол.: О. Н. Широков [и др.]. — Чебоксары: ЦНС «Интерактив плюс», 2017. — № 1 (10). — С. 37–44.

15. Плеханов Г.В. Избранные философские. В 5 т. Т. 2. – М., 1956 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.esperanto.mv.ru/Marksismo/Pershist/pershist.html

16. Рузвельт Э. Его глазами / Пер. с англ. А.Д. Гуревича и Д.Э. Куниной; под редакцией И.Е. Овадиса // Вступительная статья профессора С.К. Бушуева. – М.: Государственное издательство иностранной литературы, 1947 // Roosevelt E. As He Saw It / With a Foreword bу Eleanor Roosevelt. – 1946 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/memo/french/gaulle/index.html

17. Симонов К. Глазами моего поколения - М.:1988;

18. Твардовский А.Т. Поэмы. – М.: Советский писатель, 1957. – 428 с.

19. Устинов Д. Ф. Во имя победы. М.: 1988;

20. Уткин А.И. Россия и Запад: история цивилизаций. – М., 2000. – С. 572.

21. Шабалов А. Одиннадцатый удар товарища Сталина. Ростов-на-Дону, 1996;

22. Шульгин В.В. 1920. Взгляд и нечто. Очерки. – М.: Гиз, 1922 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/memo/russian/shulgin_vv/22.html

23. Юнг К.Г. Диагностируя диктаторов. 03.06.2015 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://smartpowerjournal.ru/030615/

 

 


 

[1] Юнг К.Г. Диагностируя диктаторов. 03.06.2015 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://smartpowerjournal.ru/030615/

[2] Вторая мировая война в воспоминаниях У. Черчилля, Ш. де Голля, К. Хэлла, У. Леги, Д. Эйзенхауэра / Сост. Е.Я. Трояновская. – М.: Политиздат, 1990. – 558 c.

[3] Высказывания Черчилля о Сталине [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://traditio.wiki/

[4] Там же

[5] Там же

[6] Вторая мировая война в воспоминаниях У. Черчилля, Ш. де Голля, К. Хэлла, У. Леги, Д. Эйзенхауэра / Сост. Е.Я. Трояновская. – М.: Политиздат, 1990. – 558 c.

[7] Рузвельт Э. Его глазами / Пер. с англ. А.Д. Гуревича и Д.Э. Куниной; под редакцией И.Е. Овадиса // Вступительная статья профессора С.К. Бушуева. – М.: Государственное издательство иностранной литературы, 1947 // Roosevelt E. As He Saw It / With a Foreword bу Eleanor Roosevelt. – 1946 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/memo/french/gaulle/index.html

[8] Голль Ш. де. Военные мемуары: Призыв 1940–1942 / Пер. с фр. А.А. Анфилофьева, Ю.Б. Арзуманова, В.Г. Гак [и др.]. – М.: АСТ, Астрель, 2003. – 814 с. // de Gaulle Ch. Mémoires de guerre. V. 1 L'Appel 1940–1942. – Paris, 1954 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/memo/french/gaulle/index.html

[9] Вторая мировая война в воспоминаниях У. Черчилля, Ш. де Голля, К. Хэлла, У. Леги, Д. Эйзенхауэра / Сост. Е.Я. Трояновская. – М.: Политиздат, 1990. – 558 c.

[10] Иосиф Виссарионович Сталин [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://traditio.wiki/

[11] Вторая мировая война в воспоминаниях У. Черчилля, Ш. де Голля, К. Хэлла, У. Леги, Д. Эйзенхауэра / Сост. Е.Я. Трояновская. – М.: Политиздат, 1990. – 558 c.

[12] Барбюсс А. Сталин / Пер. с фр: Биографические хроники. – М.: Гослитиздат, 1936. – 321 с. /// Barbusse H. Staline. Un monde nouveau vu à travers un homme. – Paris: Flammarion, 1935 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/bio/barbusse/index.html

[13] Куманев Г.А. Говорят сталинские наркомы. – Смоленск: Русич, 2005. – 632 с. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/h/kymanev_ga2/index.html

[14] Жуков Г.К. Воспоминания и размышления: Мемуары. В 2 т. Т. 1. – М.: Олма-Пресс, 2002. – 415 с. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/memo/russian/zhukov1/index.html

[15] Жуков Г.К. Воспоминания и размышления: Мемуары. В 2 т. Т. 1. – М.: Олма-Пресс, 2002. – 415 с. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/memo/russian/zhukov1/index.html

[16] Куманев Г.А. Говорят сталинские наркомы. – Смоленск: Русич, 2005. – 632 с. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/h/kymanev_ga2/index.html

[17] Устинов Д. Ф. Во имя победы. М.: 1988

[18] Симонов К. Глазами моего поколения - М.:1988

[19] Куманев Г.А. Говорят сталинские наркомы. – Смоленск: Русич, 2005. – 632 с. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://militera.lib.ru/h/kymanev_ga2/index.html

[20] Твардовский А.Т. Поэмы. – М.: Советский писатель, 1957. – 428 с.

Источник: портал www.KazEdu.kz

Другие материалы

  • Иван Грозный любимый герой Сталина
  • ... и мысли не возникало, что дела обстоят иначе, и многие гибнут не по вине. Правда наступает время, когда и Иван Грозный, и Сталин поняли, что надо уменьшить террор. Так Иван Грозный отменил опричнину. Но на словах, в деле же она продолжалась, и люди продолжали страдать. И вот несколько веков спустя ...

  • От режима личной власти к коллективному руководству. (Изменения в системе политической власти после смерти И.В. Сталина в 50-е годы)
  • ... Н.С. Хрущева. После смерти Сталина вскоре положение в стране усложнилось в связи с обострением борьбы за власть, развалом триумвирата, неосуществленном коллективном руководстве; наметилось во 2-й половине 50-х г.г. начало охлаждения «оттепели» и влияние ХХ съезда КПСС на все происходящее изменения ...

  • Политика Сталина в области литературы в 20-30-е годы
  • ... в момент формирования представлял собою коллективное проявление партийных чувств к своему вождю”[62]. Глава 3. Сравнительный анализ политики Сталина в области литературы в 20-30-е годы Организация управления культурой Как мы неоднократно отмечали в своей работе, в первые десятилетия после ...

  • Риторика Сталина военного времени. Приказ № 70
  • ... являют собой расцвет ораторского мастерства этого выдающегося политика. В этой связи риторика Сталина военного времени представляется особенно интересной для риторического анализа. Военные речи Сталина, их роль в формировании патриотического духа нации и, как следствие этого, в победе в Великой ...

  • Культ личности Иосифа Виссарионовича Сталина и преодоление его последствий
  • ... в мудрости товарища Сталина. Иосиф Виссарионович Сталин был убежден, что капиталистическое окружение готовит новый поход против СССР и поэтому нужно ускоренными темпами укреплять обороноспособность страны. На теорию сталинизма оказала влияние личность самого Сталина, его подозрительность ...

  • Иосиф Виссарионович Сталин и его окружение
  • ... Он награжден 3 орденами Ленина, 2 орденами «Победа», 3 орденами Красного Знамени, орденом Суворова 1-й степени, а также медалями. Похоронен Иосиф Виссарионович Сталин на Красной площади. Выдержки из работ: Соч., т. 1-13, 1949-1951гг. Вопросы ленинизма, изд., М., 1952г.:О Великой Отечественной войне ...

  • И.В. Сталин
  • ... того или иного разрешения которой это будущее непосредственно зависит. И настоящий разговор о нем еще только-только начинается. Что же делает тему Сталина столь важной для человека наших дней? Разумеется, не столько он сам, хотя загадки (подчас мрачные тайны) его личности и биографии, лишь отчасти ...

  • Эпоха И.В.Сталина
  • ... другой свой любимый спектакль - "Белая гвардия" Михаила Булгакова в исполнении актеров МХАТа. Хотя есть немало оснований, чтобы упрекнуть Сталина в том, что он навязывал свои вкусы всей стране, нельзя сказать, что его культурные пристрастия были примитивными. Также очевидно, что осваивая ...

  • Несвоевременные мысли М.Горького - живой документ русской революции
  • ... . Таким он долго оставался в литературоведении последующих десятилетий, а многие его мысли так и остались несвоевременными. Несвоевременные мысли – живой документ русской революции Изучение жизни и творчества Горького в советскую эпоху 1917–1936 годы) трудно. Эти годы ...

  • Наука в условиях культа личности И.В. Сталина (1930-1950-е годы)
  • ... ко всему новому». В телеграмме на имя Президента Академии наук академика В.Л. Комарова от 24 марта 1942 года Сталин писал: «…Я выражаю уверенность, что, несмотря на трудные условия военного времени, научная деятельность Академии наук будет развиваться в ногу с возросшими требованиями страны и ...

  • Казахстан в эпоху каменного века
  • ... земли. Особенно большой поток переселенцев шел в Семиречепскую область. За период с 1868-1880 годы сюда переселилось 3324 семьи. С середины XIX века Казахстан стал играть все возрастающую роль в российско-китайских отношениях. Пекинский договор 1860 года и Чугучакский протокол 1864 года закрепили ...

  • Народный характер в деформациях советской эпохи
  • ... подозрительность - два качества, несовместимые с общечеловеческой точки зрения, но вполне обусловленные советской эпохой 30-х годов, сочетаются в душе героя. В свое время М.Горький очень точно охарактеризовал народный характер: "Люди пегие - хорошие и дурные вместе". Именно эту "пегость", сочетание ...

  • Керенский: трагедия политика новой эпохи
  • ... пожалуй, лишь выдвижение новых лиц». А.И. Деникин, назначенный Верховным главнокомандующим после генерала Алексеева, считал, что такая политика ведет к полной деморализации не только военного министерства, но и всего правительства.  «Отсюда -- эти странные на вид противоречия...Керенский - идеолог ...

  • Сборник сочинений русской литературы с XIX века до 80-х годов XX века
  • ... тем в русской литературе. Продолжателями этой темы можно считать Некрасова, Маяковского, Ахматову, Пастернака и других поэтов современности. Н. В. Гоголь Социально-историческое и общечеловеческое в героях Н. В. Гоголя  Произведения Гоголя охватывают период 40-х годов XIX века. Это время ...

  • Тайные сообщества, ордена и их влияние на мировую политику) отредактированный вариант
  • ... масонской идеологии в нашей стране, безусловно, уже давно готова. В следующей главе будет рассмотрена политика и цели тайных сообществ. ГЛАВА 3. ВЛИЯНИЕ ТАЙНЫХ СООБЩЕСТВ НА МИРОВУЮ ПОЛИТИКУ 3.1. Политика тайных сообществ Роль масонства в мировой политике огромна, при этом она не освещается в СМИ ...

Каталог учебных материалов

Свежие работы в разделе

Наша кнопка

Разместить ссылку на наш сайт можно воспользовавшись следующим кодом:

Контакты

Если у вас возникли какие либо вопросы, обращайтесь на email администратора: admin@kazreferat.info